Глава 2. В горах Гобийского Алтая

Первым районом наших экспедиционных работ в Монголии стал Гобийский Алтай — горная гряда, отделяющая Долину озер от пустыни Гоби и представляющая собой не единую цепь, а целую серию разобщенных горных массивов, кулисообразно протянутых с запада на восток. На самом востоке этой гряды, почти на границе с Китаем, находится горный массив Хурхэ-Ула, достигающий высоты 2.5 тыс. м над уровнем моря. Далее на запад возвышаются живописные горы Гурван-Сайхан, представленные тремя массивами, разделенными узкими ущельями — Дзун-Сайхан, Дунд-Сайхан и Барун-Сайхан, что в переводе с монгольского означает восточная, средняя и западная прекрасная (гора). За ними следует довольно высокий зубчатый хребет Арц-Богдо, вершины которого поднимаются в виде острых пиков. К Арц-Богдо близко примыкает гора Бага-Богдо, достигающая почти 3 тыс. м над уровнем моря. Одну из наиболее значительных вершин Гобийского Алтая представляет гора Ихэ-Богдо, или, как ее называют монголы, Их-Богдо. Достигая высоты в 3957 м, она хорошо видна как с севера, так и с юга, имеет несколько сглаженные формы, и лишь самая восточная ее часть поднимается в виде пика, почти круглый год покрытого снежной шапкой. На западе от Ихэ-Богдо располагаются уже более низкие горные сооружения, среди которых выделяются Баян-Цаган-Ула, Ноян-Ула и Таряту-Ула, самые западные отроги Гобийского Алтая. К ним почти вплотную примыкают восточные отроги Монгольского Алтая, представленные массивами Эрдэни-Ула и Хара-Аргалинту-Нуру.

Разбив свой лагерь в узкой долине речки Хулсын-Гол, мы оказались западнее Ихэ-Богдо, в районе отрогов Ноян-Улы. Нас окружали высокие скалы из кристаллических пород, на которых гнездились бесчисленные и разнообразные пернатые, включая диких голубей и горных куропаток. Были замечены и следы горных козлов — янгиров.

Вся полоса хребтов Гобийского Алтая по сию пору сейсмоактивна и неоднократно претерпевала перестройку. Еще сравнительно недавно, в 1957 г., в этих местах произошло катастрофическое гоби-алтайское землетрясение, следы которого и сейчас еще заметны в виде глубоких трещин и блоковых перемещений. Результаты этого землетрясения были изучены большой группой иркутских геологов и сейсмологов во главе с профессорами Н.А. Флоренсовым и А.А. Тресковым и в дальнейшем опубликованы в интересной крупной монографии.1

Присутствие мезозойских осадочных пород среди кристаллических массивов более древнего возраста указывало на их былое широкое распространение. Несомненно, что 100120 млн. лет тому назад на месте нынешних приподнятых горных сооружений Гобийского Алтая господствовал слабо расчлененный рельеф с многочисленными озерами, реками и болотами. Их илисто-песчаные осадки в свое время скапливались в пониженных частях рельефа — в озерных котловинах и на аллювиальных равнинах. В настоящее время эти осадки сохранились лишь на склонах горных массивов и на две современных впадин. Они почти повсеместно сильно смяты, а на отдельных участках даже опрокинуты в результате более поздних интенсивных горообразовательных движений, которые нарушили горизонтальное залегание осадочных толщ и приподняли их на значительную высоту. Процесс воздымания этих рыхлых толщ сопровождался их смятием и разломами. Неоднократно повторяющиеся горообразовательные процессы в совокупности с водной эрозией и выветриванием привели к сильному сокращению площади распространения осадочных толщ.

Наша задача состояла в детальном исследовании этих древних осадочных толщ, выяснении условий их образования, установлении геологического возраста пород и сопоставлении их с гобийскими отложениями.

Поднимаясь по склонам и спускаясь во впадины, мы описывали осадочные породы, последовательное залегание пластов, собирали ископаемые организмы. В одних горизонтах встречались хорошие отпечатки папоротников и листья иных растений, в других — раковины моллюсков, скелетные остатки ракообразных, рыб и множество насекомых. Все эти представители растительного и животного мира не только свидетельствовали о былом характере водоемов и климата, но позволяли уточнять геологический возраст осадочных толщ, в которых были погребены. Встречаемость одинаковых или родственных форм в осадочных отложениях различных районов континента свидетельствует об одновозрастности этих толщ. Хорошо известно, что эволюция фауны и флоры шла по пути изменения состава организмов, в результате чего в толщах неодинакового возраста встречаются разные комплексы ископаемых организмов. Таким образом, находки органических остатков имели для нас существенное значение.

Уже первые наши исследования в зоне Гобийского Алтая позволили установить последовательные и закономерные изменения древних ландшафтов, смену животного и растительного мира, климата прошлого и ритмичность в процессе осадконакопления.

В нижне-среднеюрское (хамар-хубуринское) время на территории современного Гобийского Алтая были распространены мелководные заболоченные озера, окруженные хвойно-гинкговой тайгой, в которых накапливались растительные остатки, послужившие в дальнейшем материалом для углеобразования. Климат этого времени был гумидным, т. е. умеренно влажным и теплым, что способствовало развитию пышной растительности. В озерах обитали тонкостворчатые моллюски родов ферганоконха, псевдокардиния, сибиреконха и тутуелла, реже раковины остракод (ракушковых рачков) и конхострак (листоногих раков). В отложениях прибрежных участков собраны остатки различных насекомых.

В начале верхней юры началась интенсивная перестройка местности. Возникли новые горные сооружения и межгорные впадины. С приподнятых участков сносился грубый, слабоокатанный материал и скапливался в глубоких впадинах в виде мощных конгломератовых толщ, выделяемых геологами в шарилинскую свиту.

Климат верхнеюрского времени сильно изменился: после сравнительно влажного и умеренного климата средней юры наступил более сухой и жаркий аридный климат. Об этом свидетельствует красная окраска верхнеюрских конгломератов, лежащих в основании мощной осадочной толщи последующего мелового периода. Под влиянием эрозионной деятельности воды рельеф постепенно сглаживался, и, как результат этого, грубые осадки в конце верхнеюрского времени сменяются более тонкими озерно-аллювиальными отложениями. Вулканическая деятельность, столь характерная для верхнеюрского и начала нижнемелового времени, оставила свои следы в виде базальтовых лав и туфогенного материала.

Для уточнения возраста этих пластов необходимо было найти и собрать остатки ископаемых животных и растений. К сожалению, грубый материал осадков не благоприятствовал сохранности захороненных органических остатков. Лишь в верхних пестроцветных горизонтах глин и песчаников удалось обнаружить створки немногочисленных моллюсков, конхострак и остракод. В редких случаях встречались скелеты небольших рыб рода ликоптера, отличающиеся, по мнению В.Н. Яковлева, от рыб из вышележащих отложений. Позднее, при изучении пород под микроскопом, в них были найдены Н.П. Ромашкиной остатки хоровых водорослей, напоминающих американские формы из верхней юры. Отпечатки листьев и остатки животных организмов также подтверждали верхнеюрский возраст этих отложений.

Постепенно происходила стабилизация озерного режима в Гобийском Алтае. Сильно сглаженный рельеф поставлял лишь тонкий осадочный материал, размывались вулканические образования, в результате возникали осадочные толщи, сложенные тонкими глинами, глинистыми сланцами, эффузивно-осадочными породами. Наш литолог А.В. Сочава установил, что эти эффузивно-осадочные породы состоят в значительной мере из вулканических стекол и пепловых туфов.

Для эффузивно-осадочных образований Монголии, выделяемых в цаганцабскую свиту, чрезвычайно характерна светлая окраска — почти белая, розоватая, фиолетовая, серовато-желтая, зеленоватая. На светлом фоне этих пород исключительно четко выделялись остатки ископаемых организмов. Великолепно сохранились ликоптериевые рыбы из сельдевых. На некоторых была даже хорошо видна чешуя. Чрезвычайно топкий осадочный материал способствовал сохранению мелких насекомых, среди которых в особенно большом количестве встречались комары, поденки, стрекозы, водные клопы и жуки. Не менее хорошей сохранностью отличались многочисленные раковины двустворчатых и брюхоногих моллюсков, остракод и конхострак. Отпечатки листьев растений почти не были обнаружены.

Вся эта обильная фауна указывала на существование ее в начале нижнемелового времени в системе мелководных озер со спокойным гидрологическим режимом. Климат в этот период склонялся снова в сторону гумидности.

Прослеживая последовательное чередование осадков, мы установили, что на смену эффузивно-осадочных пород приходит мощная толща глин и тонких листоватых сланцев темно-серого цвета. Особый интерес вызывали эти листоватые сланцы, названные многими геологами «бумажными», или «рыбными», за тонкую листоватую структуру и присутствие множества остатков рыб. Их действительно можно «перелистывать» как страницы книги.

Толщи листоватых сланцев представляют собой чередование глинистых, карбонатных и песчанистых горизонтов (мощностью 0.05—0.27 см) и слоев, образованных органическим веществом типа сапропелитов мощностью 0.01—0.18 см. Это чередование разнотипных горизонтов свидетельствует о многократной смене условий осадконакопления. Весьма вероятно, что наблюдающееся переслаивание органогенных илов явилось результатом сезонных явлений. Интенсивное накопление органических масс могло быть вызвано бурным развитием мелких планктонных организмов в летнее и осеннее время, которые, отмирая, осаждались на дне водоема, образуя органогенные илы. В зимние и весенние периоды на дне озер накапливался терригениый материал, состоящий из тонких глин, мергелей и песчаников. Известно, что аналогичная ритмичность характерна для осадочных толщ и других континентов, в частности для отложений Гринривер, расположенных в штате Колорадо в США. По мнению американского исследователя Брэдли, такая слоистость связана с сезонностью осадконакопления. Подсчетом ритмов возраст толщи Гринривер определен в 6 млн. лет. Такие же подсчеты осуществил А.В. Сочава для осадков Гобийского Алтая. По его мнению, период накопления толщи сланцев здесь охватывал 3 млн. лет. Характерно, что образование битуминозных сланцев происходило почти одновременно в многочисленных озерах Забайкалья, Монголии и Северо-Восточного Китая. По-видимому, повсеместно существовали аналогичные условия, благоприятствующие накоплению богатых органикой озерных илов.

Осадочные толщи, содержащие битуминозные сланцы в Монголии выделяются в нижнедзунбаинскую, или, как мы сейчас ее называем, шинхудукскую свиту. Тонкий осадочный материал и ритмичное наслоение пластов свидетельствуют об исключительно спокойном гидродинамическом режиме древних нижнемеловых озер. Листоватые сланцы возникли в мелководных участках и заливах обширных озерных систем, столь характерных для этого времени на значительной территории Азии.

Изучая закономерность изменений осадков в Гобийском Алтае, можно было убедиться в постепенном затухании вулканической деятельности в меловое время. Если для юрского возраста и самого начала нижнего мела весьма характерно широкое распространение вулканогенных пород различного состава, то в период образования шинхудукских толщ следы изверженных пород почти полностью исчезают и проявляются лишь локально.

В конце раннего мела, в апт-альбское время, площадь озерных бассейнов значительно меняется. Старые водоемы постепенно мелеют, а местами даже прекращают свое существование. Но на их месте возникают новые, связанные между собой речным стоком и водными перемычками. Эти новые водоемы покрывают более широкие территории Монголии. Донные их отложения более грубые и представлены песчаниками, глинами и алевролитами. Существенно иная в них и водная фауна. Помимо старых форм, обитавших в прежних водоемах, появляются новые, проникшие в эти озера с востока. Родственные им моллюски, остракоды и конхостраки обитали в это же время в водоемах Дальнего Востока и Северо-Восточного Китая. Интересно, что среди найденных нами на Хулсын-Голе моллюсков были обнаружены мелкие раковины брюхоногих, напоминающие третичные и даже современные байкальские формы из семейства байкалиид. Они указывали на былую связь между монгольскими бассейнами и древними озерами, предшественниками Байкала. Высказанные нами ранее предположения о существовании в Монголии древних предков байкальской фауны подтвердились данными находками.

Отложения верхнемелового времени в зоне Гобийского Алтая не были обнаружены, что свидетельствует о новом воздымании гоби-алтайских хребтов в конце нижнего мела. Можно предположить, что современная гряда Гобийского Алтая заложена именно в это время и в дальнейшем стала северным обрамлением опущенной площади Гобийской пустыни.

Апт-альбские континентальные отложения Монголии объединяются в хухтыкскую свиту и завершают цикл нижнемелового осадконакопления. Этот период, как увидим дальше, весьма интересен с точки зрения формирования комплексов более поздних животных верхнемелового периода.

Изучение осадочных толщ мезозоя в Гобийском Алтае представляет значительную трудность и требует времени, поскольку сохранились они лишь на отдельных разрозненных участках среди современных горных сооружений.

В этих местах нашим машинам порою крепко доставалось: приходилось забираться в горы по сухим руслам или еле заметным дорогам. Постепенно наши маршруты из района Хулсын-Гола удлинялись, и решено было перенести лагерь восточнее, в Холботу-сайр.2 Мы свернули наш лагерь и отправились в глубокое ущелье Холботу-сайр. Поднявшись довольно высоко по узкому ущелью, обнаружили небольшую ровную площадку для новой стоянки. Рядом протекал небольшой ручеек, а значит, и проблема воды была решена. На склонах гор зеленела трава, паслись стада овец и яков, а в километре от нас белели юрты. Их обитатели впоследствии неоднократно были нашими гостями.

Поднявшись довольно высоко в горы (около 2000 м над уровнем моря), мы оказались во власти стихии. В широких опущенных впадинах Монголии дождь в летнее время — явление редкое, тогда как над окружающими горами часто собираются грозовые тучи, низвергая на них потоки воды. Временами сухое русло возле лагеря превращалось в бурный поток, и спасало нас только то, что лагерь находился на высокой террасе, иначе он был бы попросту смыт. В центре хребта Ноян-Богдо мы испытали прелесть и шквальных дождей, и густых туманов.

Все это сильно мешало нормальной работе. Глины размокали и трудно было отобрать образцы пород, равно как и выкапывать фауну и остатки флоры. Машины стояли на приколе, так как разъезжать здесь было невозможно, и пришлось ограничиваться пешими маршрутами. Давно кончился привезенный хлеб, но наш шофер Михаил Дмитриевич Смирнов вместе с монгольской практиканткой Ханд Ёндон решили эту проблему, взявшись приготовить вкусные пончики, получившие название «пончики Смирнова».

На исходе дня после трудных и утомительных пеших переходов, во время которых казалось сама природа была против нас, невозможно было не поддаться очарованию ее дикой и своеобразной красоты. В отличие от степных пространств, где мало птиц, наше ущелье с раннего утра оглашалось их криками. На отвесных склонах гнездились орлы, небольшие ястребки и дикие голуби, обитали горные куропатки, незнакомые нам галки и различные мелкие пернатые. В Долине озер неоднократно видели джейранов, которые в летнее время попадались небольшими группами, в 2—5 особей, но к осени они объединяются в более крупные стада.

Домашний скот в Гобийском Алтае — это в основном овцы, козы, лошади и в меньшей степени верблюды, низкорослые коровы и сарлыки (яки). В летнее время верблюды сильно линяют, и в таком «облезлом» виде далеко не привлекательны. Зато к осени покрываются густой и красивой шерстью, которая очень ценится и является одним из предметов Традиционного экспорта в другие страны. Особую выгоду хозяйству аратов приносит разведение яков. Эти животные дают мясо, не уступающее по вкусовым качествам мясу местных коров; молоко, примерно в том же объеме, что и коровы, но такой жирности (до 10—12%), что его можно назвать сливками. В дело идут и кожа яков, пышный волос их хвостов, и тонкая густая шерсть. Но главное, что резко выделяет их среди других пород домашнего скота — ничтожные затраты на разведение и содержание. Яки круглый год живут под открытым небом, употребляя лишь подножный корм и при этом не «претендуя» на пастбища, где пасутся коровы или овцы. Якам не нужны тучные травы, они предпочитают скудную растительность высокогорий, зачастую столь низкорослую, что, по словам Н.М. Пржевальского, «принуждены бывают не щипать, но лизать эту траву своим грубым языком». Пасутся они на таких высотах, где прочий скот не может жить за недостатком кислорода, и большей частью на таких крутых склонах, где даже овцы не способны удержаться.

Собрав обширный и интересный материал по Гобийскому Алтаю, изучив осадочный покров мезозойского времени, уточнив характер залегания и распространения этих отложений, мы решили пересечь этот горный массив и спуститься по южным его склонам в пустыню Гоби. Местные араты советовали нам перевалить Гобийский Алтай между хребтами Баян-Цаган-Ула и Барун-Богдо-Ула. Здесь можно было подняться с севера по широкому сухому руслу до невысокого перевала, а затем спуститься по едва заметной дороге. Этот путь мы благополучно и преодолели.

Примечания

1. Гоби-Алтайское землетрясение. М., 1963.

2. Сайр — по-монгольски — сухое русло.

Предыдущая страница К оглавлению Следующая страница

На правах рекламы:

Самая подробная информация швейное оборудование в Алматы на нашем сайте.