А.П. Быстров — И.А. Ефремову

16 января 1944 г.

Дорогой Иван Антонович!

Дописал я до Holoptychius свою книгу1... и такая мерзость разлилась на душе оттого, что смотрю я на рисунок Westoll'а, изображающий череп этой Crosso, и душу терзают сомнения: Holoptychius ли это? Ведь ни один из этих* ученых не изучал зубов. А только зубы могут позволить определить точно любую Crosso! Описал Westoll и фрагменты Eusthenopteron... Но Eusthenopteron ли это?... Сам черт не разберет!

Простите, друг, что с эдакой мерзостью на душе, от которой т. Быстров скис, ныть хочется, я решил приняться за письмо Вам, которое я по непонятным даже мне причинам все откладывал.

Письма я Ваши все получил. Кстати, как бы не забыть: наше пребывание здесь — не тайна, а посему адрес такой: Кировская область, Военно-морская медицинская академия, кафедра нормальной анатомии. Подполковнику (Зуху).

Сейчас раскладываю Ваши письма перед собой и отвечаю по пунктам на подчеркнутые мною места.

1. «Неожиданно прибыла посылка от Вас с великолепным подарком и очень тронувшим меня стихотворением»2... Эту Вашу фразу я читал и перечитывал по несколько раз (и не один день). Она коротка, но говорит о том, что я добился того, чего так хотел, — доставить Вам удовольствие. А знаете? — доставлять удовольствие другим — ведь это очень большое удовольствие! Читая Ваше письмо, я все старался представить, как Вы распаковывали посылку, разворачивали газету, как были удивлены, как обнаружили что-то в перчатке и т. д. А Е.Д. стояла за вашей спиной и смотрела через плечо... и тоже сначала ничего не понимала. Ведь так это было?

2. Я, конечно, рад Вашим литературным успехам. Но меня интересуют некоторые детали. «Семь румбов»3 идут под Вашей полной фамилией? Или Вы изобрели для себя какой-нибудь псевдоним? Хотя я не знаю содержания Ваших «Румбов», но меня, конечно, больше интересует «Могила Шамана»4. Если говорить откровенно, то мне очень хотелось бы, чтобы тип Г.-В. и Федька К. нашли в ней достойное и достаточно детальное отображение. Очень жаль, если эти типы погибнут для хроникальной литературы. К сожалению, я их недостаточно хорошо знаю, а то бы я их «запечатлел»! бы хотя бы в рукописи... для будущих времен. Рассчитываю на один авторский экземпляр «Румбов».

3. Относительно свидания здесь или в М[оскве] скажу следующее: я думаю, что это надо будет отложить. Мне кажется, что Вам пока не следует после болезни5 заниматься разъездами. Надо поберечь себя. Что же касается меня, то мне будет трудно отсюда приехать в М[оскву]. Причина простая: мы живем на то, что получаю я, и, если я уеду на некоторое время, то мой «иждивенок»6 будет голодать, а он голодал уже достаточно... Это Вы понимаете. Кроме того, сейчас усиленно поговаривают, что скоро некоторым (и мне в том числе) придется ехать на старую базу, чтобы готовить все для приема реэвакуирующейся кафедры. Когда это будет, конечно, неизвестно, но это может быть весьма неожиданно. Я не верю в скорость сего события, но все может быть в нашем мире, полном неожиданностей. Такие-то вот дела.

4. Вы теперь в М[оскве]... Скоро, вероятно, поправитесь. Не думаете ли Вы запустить руку в материалы, собранные Г.-В.? Это не для грабительских целей, а для пользы науки7. Эти материалы надо Вам посмотреть и, самое лучшее, взять на обработку к себе. Если есть там Dvino, я прошу его оставить за мной... Думаю, что Вы не откажете мне. То же я хочу сказать и о Pareiasaurus. Эта моя работа не доделана, но, ей-ей, хорошо начата... и то, что сделано, ей-богу, сделано хорошо. Это все у меня здесь и сохранилось — все черновики, наброски и оконченные рисунки. Сохраню, если жив буду!

5. Емельянов... Что он собою представляет? Он просто влюблен в меня на основании моих писем. Я, конечно, не хочу вести с ним совместную работу. Ведь мне его Onucho нужен только для более обширных задач, а не сам по себе. А.А.Е. просит сосчитать у Onucho количество позвонков... А на-черт это нужно? — Сосчитать количество икринок у самки... Видите ли, по его мнению, их должно быть 16, а по-моему, если их будет 5 или 20, польза для науки не уменьшится и не увеличится. Скажите, почему А.А.Е. всегда называет этого несчастного Onucho «мой тритон». Это, скорее, тритон Фишера. Прав на него у А.А.Е. очень мало. Ведь Вы даже Bentho никогда не называли своим. А он, по существу, был Ваш... Я давно ничего не писал А.А.Е. Надо написать и послать ему сердце (рисунок) Onucho. Пусть радуется. Но, ей-ей, рисовать некогда. Но надо...

6. Книгу свою пишу. Вы недовольны 10-ю годами срока. Но И[ван] А[нтонович], ведь, ей-ей, выясняется, что очень много надо доработать! Кстати, когда поправитесь, то напомните Д.В.О., что в свое время он мне предлагал взять на себя описание всего материала по Crosso... Я теперь вполне подготовился к этому, и, если он не передумал, то я охотно, с Вашего благословения, берусь за это. Это не возьмет много времени. В месяц можно все сделать. Итак, прошу монополии.

7. Если я допишу тут своих Stego, то, чтобы не терять времени зря, примусь за небольшую, но страшную книгу под заглавием «Прошлое, настоящее и будущее человека»8. «Прошлое» меня как палеонтолога не смущает, «настоящее» немного тревожит... расы и прочая... — дело серьезное, но «будущее» — это самое спорное. Дело в том, что я думаю и буду доказывать, что биологическая эволюция человека 120 000 лет тому назад прекратилась и в настоящее время ее нет, и в будущем ее не будет. Эта ересь и является главной причиной желания написать книгу, которая будет признана или книгой по вопросам о черной магии, или биологическим Евангелием.

Надеюсь, что я еще поработаю, хотя надо уже оглядываться..., вернее, заглядывать вперед... Жизнь-то идет, и нередко идет не так, как нужно было бы в наши годы.

Приветы Е.Д. и Вам от нас обоих.

Подполковник Such

Приветы: О.М.М., Н.А.Я., В.С.Б, Я.М.Э., В.И.Г., ну и Ю.А.О., хотя...

Альфред Ромер в своем кабинете

СПбФ АРАН. Ф. 901. Оп. 3. Д. 141. Л. 1, 1 об. Автограф.

Комментарии

1. Речь идет о подготовке к изданию книги «История амфибий», которую А.П. Быстров писал в эвакуации. Она посвящена исследованию кроссоптеригий — Crosso, как сокращенно называл их А.П. Быстров.

2. О каком стихотворении идет речь, установить не удалось.

3. Первые рассказы И.А. Ефремова под названием «Семь румбов» опубликованы в 1944 г. в журнале «Новый мир» (№ 4—5) и были подписаны: Иван Ефремов, что стало визитной карточкой писателя на всю литературную жизнь.

4. Рассказа под названием «Могила Шамана» в библиографии литературных работ И.А. Ефремова нет; возможно, подразумевается рассказ «Голец Подлунный», опубликованный в 1944 г.

5. Речь идет о болезни И.А. Ефремова, которую он перенес в 1942 г. Она явилась следствием тяжелейших условий работы в годы Великой Отечественной войны в экспедициях, проводивших изыскательские работы по заданиям Наркомата обороны СССР. И.А. Ефремов был начальником Западноуральского отряда этой экспедиции. Последствия болезни периодически сказывались в дальнейшем.

6. А.П. Быстров имел в виду свою жену Г.Ю. Быстрову, которая до снятия блокады жила в Ленинграде.

7. Имеется в виду коллекция парейазавров, собранная А.П. Гартман-Вейнберг в Волжской экспедиции 1931 г.

8. Книга А.П. Быстрова «Прошлое, настоящее и будущее человека» опубликована в 1957 г. В работе анализировались будущее человечества в связи с глобальным вмешательством в природную среду и тенденции развития живых систем.

Примечания

*. Так в тексте. Неясно, кого еще имел в виду А.П. Быстров.

На правах рекламы:

http://casino-otzovik.com/ отзывы и Обзор Слотозал.