И.С. Емельянов. «Проблемы воспитания в романе И.А. Ефремова "Туманность Андромеды"»

Утопические воззрения сопровождают человечество на протяжении всей его истории. Один из самых масштабных утопических проектов русской литературы XX века представлен в романе «Туманность Андромеды» Ивана Антоновича Ефремова. Исследователи находят в нем, как и во всем творчестве писателя, воздействие религиозных, философских идей, в том числе своеобразное продолжение идей русского космизма [1; 2]. Как отмечают литературоведы, уже в раннем творчестве писателя можно выделить культурно-семиотические коды христианства, язычества, натурфилософии [7; 8]. В то же время ни одно из направлений философии или религиозной мысли не могло полностью удовлетворить Ефремова. Е.А. Московкина, в частности, замечает, что «в христианстве Ефремову не хватает природы, в язычестве духовности, в космизме материализма, в последнем натурфилософии» [7, с. 49]. Поэтому в романе «Туманность Андромеды», в котором очевидна попытка Ефремова дать представление об обществе будущего в максимально возможной полноте, соединяются интерес к античности с мировидением русского космизма, утверждающего принципиальное родство человека и макрокосма. Описание мира будущего в романе отличается продуманностью и внутренней непротиворечивостью авторской концепции. Несомненно, что общественное устройство, описанное в романе «Туманность Андромеды», обдумывалось прозаиком на протяжении достаточно длительного времени, много раз изменялось и пересматривалось. Необходимо в то же время учитывать, что писатель дал и пример противоположного рода — описание такого варианта развития общества, при котором силы «инферно» полностью захватывают власть и определяют собою социальное развитие, а значит, и воспитание личности (роман «Час Быка»).

При всем утопическом пафосе сочинения Ефремова в нем содержатся вполне рациональные идеи. В том числе их можно выделить и в той совершенной системе воспитания, которую писатель отнес к основным свойствам описанного им общества. Ефремов в своем романе несколько раз подчеркивает, что без коренного изменения системы воспитания становится невозможным и все изменение общества, а значит, невозможно и достижение такой гуманитарно-социальной гармонии, которая показана в романе. Здесь мысль писателя развивалась в том же направлении, в котором двигались братья Стругацкие, предложившие в своих сочинениях Высокую Теорию Воспитания. Это еще раз подчеркивает как несхожесть, так и взаимовлияние концепций Ефремова и создателей Мира Полудня. Их футуристические проекты, как показывают исследования, не утратили черт актуальности вплоть до начала нового тысячелетия [5; 8]. Таким образом, система воспитания, наряду с изменением экономических и социальных устоев общества, — один из краеугольных камней того мира, который описан в романе. Воспроизводство накопленного культурного опыта, как показывает Ефремов, — одна из основных задач воспитания, без такого воспроизводства невозможно само существование человеческой культуры и цивилизации. В то же время писатель далек и от излишней оптимистичности в отношении общества и человеческой природы — недаром действие романа происходит в далеком будущем, в XXX в. Писатель отчетливо видел всю сложность стоящей перед человечеством задачи, и более того, мысль его была гораздо смелее и свободнее дозволенного в 1950-е гг. Главное препятствие на пути к коммунистическому будущему писатель видел не столько в общественных отношениях, сколько в самом человеке. Показательно в этом отношении, что для достижения социального идеала оказывается необходимой полная очистка наследственности от наслоений прошлого: эта догадка ученого становится понятной, пожалуй, только сейчас, в связи с расшифровкой генома человека. Весьма характерен в этом отношении описанный в романе «Остров Забвения», своего рода рудимент прошлого человека и человеческого общества, показывающий, как непрочен мир культуры, как быстро и легко человек забывает его, отказывается от него, от «необходимости дисциплины желаний, воли и мысли» [3, с. 209].

Известно, что Ефремов ориентировался во многом на античность, прежде всего на Древнюю Грецию, при описании своего утопического будущего. Античность вообще занимает особое место в творчестве писателя, в его мировоззрении. Достаточно назвать такие произведения Ефремова, как «Великая дуга» и «Таис Афинская», чтобы стало понятно значение античности в творчестве и мировоззрении писателя. Так, в «Туманности Андромеды» обращает на себя внимание почти полное совпадение системы воспитания и образования, описанной Ефремовым, с античными образцами. Согласно его взглядам, в Древней Греции удалось в определенной мере достичь непротиворечивости личного и общественного начал. Свой человеческий и социальный идеал писатель соизмерял с этим периодом развития человечества. Действительно, в Древней Греции можно заметить, с одной стороны, высокое развитие человека, человеческого духа и тела (что не противоречит одно другому), с другой — такое совпадение личных устремлений с общественными, государственными, какое можно определить как высокий пример гражданственности. Разумеется, Ефремову были известны исторические факты, противоречащие идеальному образу Древней Греции. Необходимо учитывать, что в утопическом произведении это именно идеал, цель, равноудаленная как от исторического прообраза, так и от современности. Показательны в данном отношении описанные Ефремовым обязательные для юношества «Подвиги Геракла», совершаемые в наиболее трудных и опасных областях деятельности, выполняемые под руководством избираемых самими юношами и девушками «менторов». Это своего рода экстраполяция в будущее и развитие той системы воспитания и образования, которая существовала, например, в античных Афинах, где юноши после окончания «гимнасия» в течение двух лет проходили военную подготовку в «эфебиях». Интересны размышления Ефремова о необходимости разнообразия в профессиональной деятельности людей будущего, о стремлении избежать однообразия в жизни. В некотором отношении необходимость в профессиональной и социальной мобильности ощущается уже сейчас, однако она обусловлена прежде всего социально-экономическими причинами, попросту говоря, поиском хлеба насущного. Согласно той концепции, которая предложена Ефремовым, мобильность подобного рода будет порождена психологическими причинами, человеческим фактором. Такой перенос потребностей, подлежащих безусловному удовлетворению, с внешних на внутренние, человеческие и является главным звеном в показанной писателем системе воспитания. Чрезвычайно интересны мысли, высказываемые автором романа относительно соотношения интеллектуального и эмоционального развития человека. По Ефремову, основная цель общества заключается в наиболее полном, свободном и всестороннем развитии личности и общества. И в этом отношении античная Греция является для него образцом гармонии, свежести и полноты чувств. Как говорил сам писатель: «...для высокоинтеллектуальных людей коммунистического общества, борющихся за развитие эмоциональной стороны человеческой психики, должна быть близкой именно античная, наиболее эмоциональная культура прошлого... Таково мое убеждение» [4, с. 441].

Проблеме воспитания в книге уделено большое внимание, можно утверждать, что это одна из главных тем сочинения Ефремова, а специально рассмотрению системы воспитания посвящена глава девятая «Школа третьего цикла». Нельзя не заметить, что воспитание в утопии основано на совершенно иных принципах, чем наше нынешнее. Какие же идеи можно почерпнуть из труда Ефремова, какие из них собственно утопические, а какие нет, и какие из предложенных писателем принципов воспитания необходимы для преодоления современного кризисного состояния человеческого общества?

К наиболее утопическим, на наш взгляд, следует отнести все те связанные с воспитанием образы, которым Ефремов попытался дать зримое, наглядное описание в романе. Основные принципы воспитания в будущем, его цели и задачи обоснованы убедительно и глубоко, но вот их воплощение на страницах романа, пусть даже и с поправкой на фантастичность, часто выглядит неубедительным. Мы едва ли можем предугадать все те формы, которые примет в будущем система воспитания, а вместе с ним и образования, исходя из наших сегодняшних знаний и предпочтений. Поэтому непривычно звучат размышления писателя о понижении роли материнства и даже самого материнского инстинкта в обществе будущего (глава тринадцатая «Ангелы неба»), об отсутствии семьи в привычном для нас значении этого слова, а значит, и практически полном отсутствии их как факторов в системе воспитания человека.

В то же время нельзя не увидеть и те плодотворные, даже новаторские и для нашего времени идеи, которые высказаны Ефремовым в «Туманности Андромеды». Прежде всего, необходимо отметить, что в основу воспитания в обществе, описанном Ефремовым, положено безусловное уважение к человеческой личности. При этом не возникает противоречия между устремлениями отдельной личности и задачами общества. Между тем это противоречие — одно из основных в современном обществе. Исторический опыт показывает, что оно зачастую решается либо полным подавлением личности, либо предоставлением ей почти неограниченной свободы. Но при этом неизбежно разрушение как личности, так и общества, а с ними и окружающего мира. Рудиментарные проявления такого противоречия встречаем мы и в романе — это Бет Лон и вся теория о существовании «быков», ставящих свои индивидуальные желания выше потребностей общества. Поэтому в современном обществе неизбежно вырабатываются методы преодоления данного противоречия, которые не решают проблему в корне, а лишь сглаживают ее наиболее острые проявления. По мнению писателя, это одна из основных проблем, стоящих перед человечеством в сфере воспитания, от решения которой в конечном счете зависит и будущее человечества. В романе это определено как борьба с индивидуалистическим эгоизмом человека.

Решение проблемы Ефремов видит в переносе центральных устремлений и целей человека и общества с экстенсивных на интенсивные, с потребительских на духовные и интеллектуальные. Именно такой тип человека и общества описан Ефремовым. При этом, как показано в романе, только такие общество и человек смогут осуществить экспансию человечества в космическое пространство, без подобного общества и человека данная экспансия просто невозможна или катастрофична по последствиям. Включенность человека в общекосмическую систему может привести к таким социально-психологическим последствиям, защитить от которых могут только «нравственные ценности, способствующие обновлению и обретению смысла жизни» [6, с. 83]. Не случайно, что, по мысли Ефремова, должно пройти целое тысячелетие, прежде чем измененное человечество сможет уверенно встать на этот общекосмический путь. Как сказано в романе: «.стоял реальный выбор: или подчинить себя общественной дисциплине, долгому воспитанию и обучению, или погибнуть — других путей для того, чтобы прожить на нашей планете, хотя ее природа довольно щедра, нет!» [3, с. 208—209]. Путь к обществу подобного типа невозможен, по мысли писателя, без изменения системы воспитания.

Человечество выработало несколько типов «цивилизаций», из которых наиболее действенен и признан сегодня европейский. При этом именно подобный тип направлен прежде всего на создание, накопление и потребление материальных ценностей, богатств, которые превращаются в фетиш. Отмеченное выше противоречие между стремлениями личности и общества решается тут наиболее простым путем — общество поощряет социальную «успешность», несоответствующие этому идеалу помечаются как «маргиналы». Однако, по мысли Ефремова, это путь тупиковый, ведущий к вырождению и самоуничтожению человека и человечества. Характерным проявлением такого рода цивилизации в романе является золотой истукан (глава пятая «Конь на дне морском») и сокровищница накоплений западного мира (глава четырнадцатая «Стальная дверь»), которые поражают героев книги своей бессмысленностью. Фактически вся полемическая сторона произведения направлена, прежде всего, именно против данного типа цивилизации, в котором, видимо, видел в то время основное препятствие прогрессу человечества Ефремов.

В то же время в иных, например, восточных цивилизациях мы видим совершенно другие отношения между личностью и обществом. Личность во многом «поглощается» обществом, она не проявлена столь ярко, как в обществах западного типа. Отмеченное противоречие снимается переносом ценностей с внешних на внутренние, с материального на нематериальное. Однако за это приходится расплачиваться более медленным темпом общественного развития, меньшей «конкурентоспособностью» по сравнению с западным типом цивилизации, в крайнем выражении — отказом от активных действий в нашем, «тварном» мире.

Ни одна из этих или похожих парадигм не могла быть принята Ефремовым как безусловно подходящая для общества будущего. Более того, роман «Час Быка» можно рассмотреть как изображение крайностей именно такого типа «восточной» цивилизации, которые мы можем наблюдать в нашей отечественной истории. Поэтому закономерно обращение к прошлому. Античный идеал во многом снимает отмеченные противоречия. Только при наиболее полном совпадении устремлений личности, активно формируемых обществом («Общественная среда — самый важный фактор для воспитания и учения человека» [Там же, с. 209]), и общества, состоящего из отдельных активных и свободных личностей, возможно хоть в какой-то степени приблизиться к эпохе «Великого Кольца».

Каким же образом достичь столь желанного совпадения? Попытку дать ответ на этот вопрос содержит в себе книга Ефремова. Только при обществе, основной целью которого является развитие человека, возможно полное развитие его способностей и, как следствие, полное развитие самого общества. Для этого необходим коренной пересмотр устоявшихся представлений о путях развития человеческой цивилизации. При увеличивающейся пропасти между уровнем наиболее развитых и наименее развитых стран прогресс всего человечества выглядит весьма проблематичным. Такое же увеличение диспропорции между разными слоями общества мы видим и в нашей стране. Бедные и богатые имеют неравные возможности, причем социальный «успех» отдельного человека вовсе не предполагает обязательного «успеха» всего общества. В обществе будущего, каким представлял его Ефремов, мерилом социального успеха, если таковой вообще будет браться в рассмотрение, станет уровень развития окружающих людей, с которыми конкретный человек связан тем или иным образом. Данный принцип сформулирован у Ефремова так: «...высшее счастье мира Кольца — прежде всего доставлять радость другим людям» [Там же, с. 235]. Это подразумевает коренное изменение взглядов на принципы воспитания.

И.А. Ефремов утверждает, что создание свободного человека, осознающего свою ответственность за окружающую среду обитания в самом широком смысле, — основная цель воспитания. В обществе будущего сфера воспитания — одна из основных, она занимает куда более важное место, чем в наше время. Характерно, что этой проблеме уделяли внимание ведущие писатели-фантасты мира — от А. Кларка и Р. Брэдбери до братьев Стругацких, что еще раз подчеркивает ее важность и актуальность прежде всего для нас, их современников. Преодолеть негативные тенденции современного развития социума и отдельного человека, только исходя из нынешних ценностных установок и предпочтений, невозможно. Современная система воспитания не может обеспечить развитие свободной человеческой личности, а без нее невозможно будет дальнейшее развитие общества. В этом отношении идеи, высказанные И.А. Ефремовым в «Туманности Андромеды», несомненно, весьма перспективны и плодотворны.

Литература

1. Беспечанский Ю.В. Преломление традиций русской философии в художественном творчестве Ивана Ефремова (на материале романа «Час быка») // Вестник Южно-Уральского государственного университета. 2014. Т. 14. № 1. С. 171—174.

2. Беспечанский Ю.В. Философия русского космизма в художественном творчестве Ивана Ефремова [Электронный ресурс] // Наука ЮУрГУ: материалы 66-й Научной конференции. URL: http://dspace.susu.ru/xmlui/handle/0001.74/4187 (дата обращения: 26.09.2017).

3. Ефремов И. Собрание сочинений: в 5-ти т. М.: Мол. гвардия, 1987. Т. 3. 478 с.

4. Ефремов И. Час быка: научно-фантастический роман / послесл. В.И. Бугрова. Свердловск: Средн.-Урал. кн. изд-во, 1989. 448 с.

5. Комиссаров В.В. Футуристические проекты И.А. Ефремова и братьев Стругацких в реалиях начала XXI столетия // Интеллигенция и мир. 2009. № 3. С. 100—113.

6. Мапельман В.М. Общенаучные проблемы космического будущего человечества // Вестник Московского городского педагогического университета. Серия: Естественные науки. 2015. № 2 (18). С. 70—87.

7. Московкина Е.А. Интертекст ранних рассказов И.А. Ефремова // Вестник Ишимского государственного педагогического института. 2014. № 1 (13). С. 44—58.

8. Московкина Е.А. Метатекст и интертекст в ранних рассказах И.А. Ефремова // Филология и человек. 2014. № 2. С. 56—68.

9. Фокин А.А. В ожидании «светлого будущего»: советская литература периода «оттепели» // Политизация поля искусства: исторические версии, теоретические подходы, эстетическая специфика: монография / сост. и науч. ред. Т.А. Круглова. Екатеринбург: Гуманитарный университет, 2015. С. 323—334.

На правах рекламы:

Качественный тиоколовый герметик купить в Москве с доставкой.