«Парадоксы истории. Два вырицких пророка» (2001)

Оригинальное название: «Парадоксы истории. Два вырицких пророка» (Иван Ефремов и Серафим Вырицкий)
Жанр: документальный, телепередача
Режиссер: Людмила Болтрик
Автор сценария: Андрей Барановский
Ведущий программы: Андрей Барановский
Операторы: Кирилл Уткин, Олег Ромащенко
Монтаж: Яна Водовозова, Константин Никитин
Музыкальный редактор: Анна Смоляницкая
Текст читал: народный артист России Иван Краско
Длительность: 26 минут 11 секунд
Язык: русский
Производство: ТРК «Петербург»
Страна: Россия
Год: 2001

В телефильме из серии «Парадоксы истории» рассказывается о двух известных людях, чьи имена связаны с поселком Вырицы, — это ученый и писатель Иван Ефремов и святой Серафим Вырицкий. В передаче использованы видеоматериалы: Вырицкой телекомпании «Викинг», вырицкого музея-заповедника, видеопроката «Частная коллекция», личного архива коллекционера Н.П. Шмидт-Фогелевича, а также кадры из фильмов: «Космическая одиссея — 2001» (С. Кубрика), «Аэлита» (Я. Протазанова).

Текстовая расшифровка фильма

История первая. Серафим Вырицкий

Ведущий программы Андрей Барановский: — В советское время кто только не предсказывал будущее. В учебниках истории к 80-му году обещали бесплатные обеды в служебное время, бесплатный общественный транспорт. На фоне этих измышлений два человека отчаянно зрили в будущее. Один из них был, без преувеличения, лауреатом государственных премий за коммунистическое воспитание молодежи, а другой схимником, а точнее, иеросхимонахом дачной местности Вырица. Небольшое такое поселение под Петербургом, то ли селение, то ли станция, то ли город, переименованный в 1915 году в Царский бор. Две совершенно разные судьбы, два совершенно разных по роду деятельности человека. Какую роль для них сыграла Вырица? В 1907 году здесь родился всемирно известный писатель-фантаст Иван Антонович Ефремов. В 1949 году здесь преставился канонизированный на последнем соборе Русской православной церкви преподобный Серафим Вырицкий.

Среди исторических мест Золотого кольца Северной столицы Вырица, возникшая в начале века, имеет особую притягательность. Согласно шведским картам, деревня возникла еще в допетровское время. В 1999 году местные краеведы отметили 300-летие. В 1845 Вырицу в качестве семейного майората закрепили за князем Петром Христиановичем Витгенштейном. В начале девятнадцатого века Витгенштейне не то чтобы разорились, но содержание этих живописных мест им стало в убыток. У них возникла идея разрезать на небольшие участки и продать восточную часть Вырицы, называвшуюся Княжеской долиной. Высоченные песчаные берега Оредежа, заливные луга, еловый лес привлекли сюда огромное количество покупателей, среди которых не было простых людей: генералы, чиновники, заводчики в качестве дачников заселили Княжескую долину в тение каких-нибудь десяти лет.

Несмотря на легкомыслие тогдашних сословий, трудно представить их летнее проживание без молитвенного дома. Посему в 1012 году было создано братство, приступившее к постройке нового лесного храма, напоминающего видом древние скиты северных русских земель. Первый взнос на храм сделал местный богатей Антип Ефремов. Это послужило примером для многих. По желанию меценатов внутреннее убранство было исполнено в духе древней русской старины, не без влияния популярного стиля модерн. Эту работу в 1914 году осуществили строитель моста Петра Великого полковник Опышков и инженер Красовский. Новую церковь освятили в честь иконы Казанской Божией Матери.

Сложившаяся здесь духовная жизнь не прекратилась после революции. Наоборот, именно окрестности Казанской Вырицкой церкви стали местом для переселения многих священнослужителей, так называемых бывших, в период гонения на православие. Среди них своими молитвенными чудесами и духовными подвигами отличался перебравшийся сюда духовник закрытой большевиками Александро-Невской лавры отец Серафим.

Настоятель церкви Казанской Божьей матери в Вырице отец Алексий (Коровин): — Об отце Серафиме Вырицком много можно говорить. Есть немало людей, которые могли бы сказать и получше меня, но волею судеб я оказался здесь и вы снимаете этот фильм об этом прекрасном человеке и еще об одном соотечественнике, которого тоже связывает с Вырицей очень многое, и его родителей тоже. Так вот, отец Серафим Вырицкий родился в 1866 году. До десятилетнего возраста он жил у себя на родине. Это Рыбинский уезд Ярославской губернии.

Андрей Барановский: — В возрасте двенадцати лет отрок Василий приезжает в Петербург и устраивается рассыльным к одному односельчанину. Обладавший коммерческой жилкой, он уже к семнадцати годам был назначен приказчиком. Скоро он открыл свое дело, торгуя пушниной не только в России, но и в Европе.

Отец Алексий: — Это светская жизнь. Но так как он был из глубоко религиозной семьи, то он сводит свое знакомство с некоторыми духовными людьми в Петербурге. В частности известно, что он был знаком с инспектором Санкт-Петербургской духовной академии архимандритом Феофаном (Быстровым), впоследствии архиепископом Полтавским. По долгу в благотворительном ярославском обществе он неоднократно встречается с праведным Иоанном Кронштадским, с архиепископом Тихоном (Белавиным), впоследствии патриархом. То есть круг знакомств у него был среди очень ярких личностей. У нас есть такая пословица «С кем поведешься, от того и наберешься». Так вот, Николай Васильевич и «набрался». Его образовательный духовный ценз поднимался с каждым днем. К 1917 годукупец второй гильдии Василий Николаевич Муравьев приобретает большой опыт, и коммерческие знания ему помогают вести дело.

Андрей Барановский: — С началом Первой мировой войны Василий Муравьев стал задумываться о переходе во служение Богу. Последовательно раздал большую часть капиталов трем монастырям, не обошел и компаньонов. После революции и Гражданской войны купеческая чета Муравьевых по обоюдному согласию разделилась, чтобы переступить порог какой-либо обители. По совету митрополита Вениамина бывший коммерсант принял постриг в Александро-Невской лавре. под именем Варнавы. Уже с тех пор он становится изчестен своими прозорливыми советами. И в 27 году принимает схиму с именем Серафима. Будучи с тех пор духовником лавры, вынужден был покинуть ее после закрытия и разгрома в 30 году. Видимо в это время и надоумил его кто-то укрться в Вырице, ставшей впоследствии по его словам, северным Иерусалимом невской земли.

Отец Алексий: — Люди к нему приезжают за молитвой, за утешением. А тут еще и война началась. Немцы вкатились в Вырицу где-то в сентябре 1941 года. Линия фронта отрезала возможность приехать из города на Неве в Вырицу. И есть рассказ о том, что на предмет партизанщины немцы пришли посмотреть на какого-то там деда, к которому так много людей идет. Что же там такое? Старец немощный и претрудный, лежащий на скромной постельке, железной кроватке, прикрытый мантией, смотрит своими голубыми глазами на этих неприятелей, у которых повисли руки, в буквальном смысле этого слова, вместо того, чтобы скомандовать что-то. Конечно, речи о каком-то аресте у них уже не было. Замечательно рассказывают об этом очевидцы, что спрашивают они у него, когда, мол, мы пойдем по Дворцовой площади победным маршем? А он им говорит: «Никогда этого не случится. А вам скоро нужно будет бежать». А старшему офицеру сказал: «А ты до дому не дойдешь». Тогда, когда они отступали, много ведь населения забрали молодого из Вырицы. И сказывают, что этот офицер погиб под Варшавой. Пророчество старца сбылось.

Андрей Барановский: — Помните стихи Пушкина?

Не знаю, кто уж нам помог,

Зима, Барклай иль русский Бог?

Вот в этом самом доме Серафим Вырицкий всю войну на камне, в саду выпрашивал у Господа дарования победы России. Надо сказать, что о войне он каким-то чувством знал заранее. Известно одно небольшое пророчество, напутствие одной знакомой, которой он сказал: «Ты приезжай ко мне через несколько дней, а то скоро начнется война». Когда фашисты отступали, в 1944 году, большинство работоспособных, молодежь угонялась на работы, но Серафимом было предсказано многим его знакомым, что большинство из них будут живы, и в большинстве случаев, как это известно, сбылось. В этом доме сразу после войны его неожиданно навестил тогдашний митрополит Ленинградский Алексий. Они были знакомы давно, и надо сказать, что Серафим предсказал Алексию кафедру и будущее высокое служение. Неизвестно, откуда он знал, но митрополит действительно появился на правительственной машине. Он был достаточно крупный, высокопоставленный церковный деятель послевоенного Ленинграда. У них состоялась короткая задушевная беседа, митрополит просил у Серафима благословения на труды, а Серафим сказал, что скоро тот поедет в Москву и станет патриархом. Митрополит заметил, что при тогдашнем положении вещей это невозможно. «Так будет. Сталин пошлет тебе вызов».

Перед кончиной, которая наступила 3 апреля 1949 года, батюшка Серафим приглашал уже к себе на могилу. «Когда я умру, вы ко мне приходите как к живому. Просите, когда вам будет трудно. И я вам помогу». Великое почитание старца было при жизни, а после смерти рассказы паломников, обретших молитвенную помощь подле захоронения Серафима, сплелись в целый ряд житийных преданий.

В своих духовных предсказаниях отец Серафим пошел еще дальше. Он обещал, что наступит такое время, что проповеди будут читаться по радио, что Петербург снова станет Петербургом. Он предсказал даже свою собственную канонизацию.

История вторая. Иван Антонович Ефремов

Андрей Барановский: — Без поиска совпадений мы хотели бы перейти к совершенно другой истории. В 1949 году вышла книга начинающего автора Ивана Ефремова «На краю Ойкумены». Эта посвященная античности повесть была написана таким романтическим языком, который отличал ее от современных, тяжеловесных исторических романов сталинского времени. Следующее произведение Ивана Ефремова — концептуальная «Туманность Андромеды» — вообще выпадало с предполагаемого пути развития советской литературы, но именно благодаря ей в Россию, в послевоенную Россию вернулась фантастика. Юрий Гагарин целую неделю стоял в библиотечной очереди, чтобы получить на руки «Туманность Андромеды». Стране не хватало конфет, жилья, сапог, велосипедов, но очень хотелось верить... Полеты в галактику, научные открытия, люди будущего... Однако на автора поступили неожиданные сигналы. Почему-то эти люди будущего не знали имен Сталина, Энгельса, Ленина. Ефремов был вызван в Союз писателей, где ему сказали буквально следующее. Получалось так, что его роман тянул на Ленинскую премию, и если он где-нибудь, на будущей планете поместил небольшой памятник Ильичу, это бы осуществилось. Ефремов остроумно сослался на судьбы галактики, которые не зависят от скромного советского писателя. Инцидент был исчерпан.

В биографии у него все было замечательно. Чуть ли не революционная юность, начавшаяся с двенадцати лет, потом он стал известным гением советской науки. Следующие романы Ефремова хорошо известны: «Лезвие бритвы», «Таис Афинская». И вот в 70 году появляется «Час быка». Последнее крупное фантастическое произведение Ефремова, где страниц на пятнадцать он умудрился раскрыть все недостатки социализма как явления и социализма как он выглядел в России. Редактора издательства «Молодая гвардия», которая выпустила «Час быка», сняли, а самого Ефремова пригласил на беседу тогдашний министр культуры Демичев. Очень крупная фигура в советском Политбюро. Демичев прямо поставил Ефремову вопрос, как так получилось, что «в вашей новой книге показано то, что мы пытаемся скрывать, то что запад считает недостатками социализма, и почитайте, что пишут на Западе о вашей новой книге "Час быка"». Ефремов сослался на то, что в общем-то он посвятил свою книгу маоистскому Китаю. У него даже предисловие начиналось с цитаты из русско-пекинского словаря епископа Иннокентия 1909 года.

«Здесь не было всепланетных обсуждений каких-либо перемен в общественном устройстве. Особое положение занимали артисты. Им предоставлялись лучшие условия жизни. Выступать в качестве артиста любому другому человеку, сумевшему достичь высот искусства, не удавалось. Вообще отпечаток узкого специализма лежал на всей жизни планеты Торманс, сужая их кругозор. В телепередачах очень много внимания уделялось небольшой группе людей, их поездкам, совещаниям и решениям. Чаще всего упоминалось имя Чойо Чагаса. Кто же был первым на этом пути? Неужели опять Россия? Именно она, первая страна социализма, пошла путем по лезвию бритвы, между гангстеризирующимся капитализмом и лжесоциализмом. Лжесоциализм, усвоив от государственного капитализма демагогию, несбыточные обещания, смыкается с ним в захвате власти группой избранных, физическом уничтожении инакомыслящих, воинствующем национализме, террористическом беззаконии, неизбежно приводящим к фашизму».

После беседы с Демичевым Ефремов вернулся возбужденным, но он очень громко гордился этой своей литературной пощечиной. Иван Антонович не знал, что его квартира давно находилась на прослушивании. Его международные контакты как ученого, писателя, фантаста, с такими именами как Артур Кларк, Пол Андерсон, давно находились в разработке, которую вел сам Юрий Андропов. А тут еще выяснилась такая неожиданная подробность. Оказывается, еще в юности Ефремов сменил свое отчество. Дело в том, что он был сыном крупного вырицкого промышленника Антипа Харитоновича Ефремова, строителя ефремовской железной дороги, кирпичных заводов, одного из крупнейших вырицких меценатов, дававший деньги на местные школы, церковь Казанской Божьей Матери, и даже на театр с лесопарком. Этой подробности в биографии Ефремова в то время никто не знал. Конечно, она произвела ошеломляющее впечатление, была послана целая бригада, бригада московских сотрудников КГБ, которым показалась продуктивной следующая мысль. Как они выяснили, Антип Харитонович Ефремов дружил со своим компаньоном, владельцем стекольного завода, англичанином Эдвардсом. В горячие чекистские головы пришла следующая, еще более «мудрая» мысль: «а не был ли мальчик просто приемным сыном англичанина Эдвардса? Тогда все стало бы на свои места. Ведь даже сына писателя Ефремова звали Алланом.

«Возмутительно, но эту книгу "Час быка" зачем-то собрался экранизировать американский кинорежиссер Стэнли Кубрик, создатель "Спартака" и "Космической одиссеи 2001". Этот проект мог вылиться в антисоветскую киноэпопею на фоне продолжающейся холодной войны». Действительно, с Ефремовым надо было что-то делать.

Мира Сергеевна Власова: — У нас богатство... Вот это все наше (держит в руках книги Ефремова). Вот то, что мама оставила, это ефремовские книги. Ефремов дарил маме эти книги, но они по наследству нам передались. И это наше единственное богатство, что мама нам оставила. Вот фотографии, которые во время войны били увезены с собой в Германию. Мама за пазухой всю эту память везла. Я являюсь племянницей Ивана Антоновича. Хочу показать фотографию, мою бабушку Варвару Александровну. Здесь дядя Ваня (Иван Антонович), мама моя и их третий брат. На этой фотографии Иван Антонович в детстве со своим братом Василием, с дедушкой Антипом Харитоновичем. Это они сфотографированы в Вырице. А отец Ивана Антоновича был Антип Харитоныч. Антип Харитоныч приехал в Вырицу из Самары. Для Вырицы он сделал очень много, он был известным человеком. Заречье он обустраивал, он рубил просеки, мостил улицы, и эти улицы он называл именами городов Поволжья. Имена улиц: Самарская, Казанская, Астраханская, Симбирская... Это все улицы, названные моим дедом.

Антип Ефремов незадолго до революции разошелся с красавицей женой Варварой, оставив ей троих детей. Легко раненный в Крыму Иван прибился к красноармейской автомобильной роте, вернулся в Ленинград с новой биографией.

Андрей Барановский: — 7 октября 1972 года семья Ефремовых получает странный конверт в почтовый ящик без почтового штемпеля. После вскрытия этого конверта, по одной из версий, Иван Антонович Ефремов скончался. Острая сердечная недостаточность. Не правда ли, очень знакомый диагноз?

Напротив, его близкие и родственники считают, что писатель скончался после долгой и продолжительной болезни. А вызов к министру, обыск с миноискателями — случайное совпадение. Ведь Иван Антонович ни в чем не виноват. Никто и не винит человека, который хотел стать подвижником науки и писателем европейского стиля, имея в анкетных данных отца-фабриканта.

Заключение

Андрей Барановский: — Два выдающихся вырицких имени. Два выдающихся человека, обладавших даром медицинского и социального диагноза. Вот послушайте: «Наступят времена, когда не гонения, а деньги и прелести мира сего отвратят людей от Бога больше чем во времена богоборчества». Это о грустном. Но есть и многое другое в духовных предсказаниях святого Серафима. И в романтических идеалах героев книг Ивана Антиповича Ефремова. Мы не обмолвились, сына выдающегося вырицкого мецената Антипа Харитоновича Ефремова, отставного солдата Семеновского полка, состоавившего себе огромное состояние в начале века здесь, в Санкт-Петербургском уезде. Гуляя по переулкам Вырицы, изменившим названия, в честь совершенно неизвестных, чуждых ей людей, невольно задумаешься о парадоксах нашей истории.

На правах рекламы:

Строганная доска Сосна купить sadko-land.ru/internet_magazin/folder/120357206.